Предлагаем вашему вниманию текст очередного выпуска программы «О тебе, мой город».
Выпуск №8 (первый выход в эфир состоялся 10 мая):
Здравствуйте, уважаемые горожане!
В студии – Алексей Анненко.
На этой неделе мы с Вами отпраздновали День Победы. Возвращаемся к будням. Они состоят, как из радостных событий, так и иногда приносят несчастья. Внимательно слушают абаканцы вести о приближающемся половодье. Конечно, речь не идёт о наводнении, город достаточно защищен. Тем не менее, нельзя забыть какое несчастье постигло Абакан 37 лет назад, в середине его официального летоисчисления, согласно которому городу исполнилось 75 лет.
А если брать по христианскому счёту годов, страшен был тысяча девятьсот шестьдесят девятый по Рождесту Христову для Абакана. Первого июня, в воскресенье, на Троицу, перед рассветом город затопила вода…
Примерно во втором часу ночи внезапно в нашем доме заговорило радио. Граждане предупреждались об угрозе наводнения. О том, что подтопление возможно, в тот год говорили настойчивее обычного. Но многие считали, что оно ограничится районом «Гавани», как не раз уже случалось. Мы ходили на южную дамбу, смотрели, как по Абакану течение несет вырванные с корнем деревья, бревна. В конце мая стало заметно, что уровень воды подошел к верхней полосе дамбы. Прибавилось количество машин, ссыпавших гравий в тех или иных местах…
И вот раздался тревожный сигнал по радио, следом завыли сирены, раздались гудки на железной дороге… На улице, куда я вышел, было оживленно. Никто ничего толком не знал, ребятня смеялась: «Поплаваем!» Никогда не забуду тот нарастающий гул, который преследовал меня, когда я шел к дому. Вода коснулась моих ног, когда я открыл калитку. Получил команду немедленно подниматься на крышу. Отец перенес маму к лестнице уже по колено в воде…
- Это ж на Троицу было, — вспоминает соседка. — Мне девчонки на работе дали задание — постряпать что-нибудь, пойдем на остров, отметим. Со стряпней я провозилась до часу ночи. Устала. Кажется, только задремала, слышу сынишка, Виталька, кричит: «Мама, вода!» У нас в кухне была труба забита и вот из насоса полилась вода. Со сна-то вначале не разобрались, сейчас смешно вспомнить, муж, Станислав, говорит:" Ты пальцем заткни насос, я сейчас клин найду, забью". Дверь-то он кое-как открыл (вода была уж до середины окон), тут вал как хлынет, и его с ног сбило и меня об печку шибануло. Так что в чем были — на крышу. Свекровка вначале ни в какую: « Посадите меня на печку, вода не доберется». Посадили. А вода прибывает и прибывает. Хорошо у соседа автомобильная камера на плаву была, кое-как через окошко протиснулись, сняли ее с печки и на крышу…
Мне рассказывали, как проснулись, когда вода в доме подошла к подушкам на кроватях. Представляете, просыпается человек, и с кровати шагает в воду. Веселого очень мало.
В течение двух часов вода поднялась выше двух метров (я говорю о районе Заготзерно). Когда рассвело, стало ясно, что поплавать, действительно, есть где. У соседа, гнавшего накануне самогонку, всплыла незаполненная до конца трехлитровая банка. Мужики, перейдя к нему по крышам и воротам, отметили Троицу, закурили, обозревая окружающую их водную стихию. По улице, мимо них, проносились военные катера, в небе виднелись вертолеты…
К калитке нашего дома подплыли, раздобывшие где-то лодку соседи — два Виктора и Саша Салов. Я с ними доплыл до перекрестка. А потом уже на других лодках добрался до «Гавани». Мне было 17 лет. В том районе жила любимая девушка. Я беспокоился. На крыше их дома отец девушки с соседом отмечали Троицу. Женское население они отправили к родственникам «на этажи».
На другой день я добрался в центр Абакана. Помню, что меня удивило – спокойствие, люди ходят, не плавают. В редакции «Советской Хакасии» я взял свежий номер газеты, где сообщалось о наводнении. В Черногорск, где работал в городской газете, добрался водным путем. Мост в аэропорт был снесен водой, автобусное сообщение временно было прервано. В редакции материал из областной газеты сразу поставили в номер «Шахтёра», я написал о том, что видел. Мне дали отпуск.
Вода прорвалась там, где ее меньше всего ожидали: она вошла с тыла — со стороны реки Ташебы и затопила около 90 процентов городской территории. Сейчас трудно судить, можно было бы избежать наводнения или нет? Говорят, что если бы вовремя взорвали железнодорожное полотно в западной части Абакана, то вода бы не пошла в город. Так это или не так, теперь судить трудно. Однако то, что вода в городе простояла три дня из-за медлительности действий властей однозначно. Все это время уровень воды в Енисее был ниже уровня воды в городе, и когда решились взорвать дамбу, она быстро схлынула.
Ущерб городу был нанесен значительный. Были снесены железнодорожный и автомобильный мосты через Ташебу, затоплены все промышленные предприятия и около семи тысяч домов. Практически все лето продолжались восстановительные работы. Все лето мы — «частный сектор», жили на крышах своих домов. Нельзя не отдать должного государству: по страховым и иным каналам населению была оказана существенная помощь. Помню, с вертолётов сбрасывали буханки хлеба. Не дай Бог, случись сейчас такая беда, возможно, населению осталось бы лишь кусать свои локти. Конечно, в воде многое погибло. У меня были испорчены хорошие книги. Были загублены огородные посевы. Но, удача, просушили холодильник, телевизор (упавший в воде после мощных волн от военных катеров), магнитофон, включили — работают. И «Колгена» не понадобилось. Как говорили тогда – «Советское – значит отличное!»
Отмечу и положительные последствия наводнения. Например, для повышения рождаемости. В нашем районе студентки торгово-кулинарного училища (ныне училище олимпийского резерва) селились на квартирах по соседству. Проведя почти все лето на крышах домов вместе с молодыми сыновьями своих хозяек, многие из них повыходили замуж. Были ли это браки «вдогонку» история умалчивает. Теперь у них внуки…
Наводнение явилось сильнейшим стимулом к реализации уже осуществлявшегося проекта по защите города. Дамбы было решено использовать и в качестве кольцевой транспортной магистрали, значительно разгрузившую поток автомобилей в городе. И, как пишет Владислав Торосов в упомянутой книге «Абакан»:" Губительные паводки минувших лет и возникший когда-то вопрос о сносе города остались теперь лишь в воспоминаниях старожилов да в газетах тех лет"…
Добавлю к этому – на фотографиях, которые я сделал тогда. Например,
на одной из них – перекрёсток улиц Мира-Гагарина, светофор, висящий тогда посередине, а под ним лишь едва видимая над водой крыша пассажирского автобуса. Уверен, все мы, пережившие наводнение шестьдесят девятого, каждую весну с тревожным чувством слушаем сводки погоды, вести из районов подтопления. Мы теперь живём в другом государственном устройстве, а реки остались теми же. Очень не хочу, чтобы по моей улице понеслись катера. Есть у нас в Абакане улица Катерная и этого достаточно.
До следующей встречи. Всем – удачи.
